- Почему вы взялись за "Каменного ангела"?

- Это естественное продолжение работы театра над поэтическим и драматическим словом Пушкина. Для меня очень важна связь Цветаевой и Пушкина, а также рифма, возникающая между спектаклем Анатолия Васильева "Каменный гость" и "Каменным ангелом". Ведь наш театр долго и целенаправленно занимался Пушкиным. Еще в 1992 году Васильев предложил поработать над короткими поэтическими пьесами. Точнее, это были стихотворения, написанные в драматической форме, - например, пушкинский "Разговор книгопродавца с поэтом" или "Поэт и толпа". Сначала тема была факультативной и необязательной, но потом наши аппетиты возросли. Из этого интереса возникали такие спектакли Анатолия Васильева как "Каменный гость", "Моцарт и Сальери", "Из путешествия Онегина". Цветаеву мы с Васильевым никогда не репетировали. Но "Каменного ангела" обсуждали, и в репертуарные планы театра эта вещь попала еще при нем.

- Цветаева, называя свою пьесу "Каменный ангел", наверняка отсылала читателя к пушкинскому "Каменному гостю".

- Я просто уверен в этом. Кстати, предпремьерные показы мы сделали в конце прошлого сезона, в июне, когда родился Пушкин. А премьеру я решил специально отнести на осень, на день рождения Цветаевой. Я увидел в пьесе Цветаевой многие важные темы, затронутые в "Каменном госте". Ну, например, Васильев, разбирая с нами "Каменного гостя", говорил, что Дон Гуан, встречая Донну Анну, действует подобно Эроту. А у Цветаевой одно из действующих лиц - Амур. Или вот в пьесе Пушкина присутствует скульптура Командора. А здесь - Каменного ангела.

- Насколько мне известно, Цветаева считала эту пьесу не слишком удачной. По крайней мере высказывалась в том духе, что, дескать, пропал "Каменный ангел" - ну и бог с ним.

- А что ей было говорить, раз уж пьеса пропала? Дорогая сердцу пьеса, имевшая в качестве прототипов любимых ею людей - Юрия Завадского, Сонечку Голлидей. Она дала почитать тетрадку со своей пьесой, а тетрадка пропала. Как еще ей было заглушить эту боль? У меня такое ощущение, что в пьесе очень много провидческого, и она подобна утопии, подобна мечте. Хотя на первый взгляд это сказка. Но нам от этой сказочности хотелось уйти.

- Васильев, ставя "Каменного гостя", часто говорил о мистериальной подоплеке пушкинской драматургии. Для Цветаевой отсылка к средневековым мистериям тоже очень важна.

- Действие пьесы происходит в XVI веке, и я, отталкиваясь от текста, сразу услышал музыкальную партитуру. Я понял, что спектакль должен быть не только драматическим, но и музыкальным. А еще сразу понял, что должны звучать колокола. В "Глобусе", где мы играем этот спектакль, в 2001 году, на театральной олимпиаде, был колокольный концерт, который меня по-настоящему поразил. Я уже тогда подумал, что вертикальный зал "Глобус" - это фактически пространство колокольни, и колокольный звон здесь удивительно уместен. И еще один важный для меня момент. Символ нашего театра - трубящий ангел. Его скульптуру должны были установить на куполе зала "Глобус", но поскольку строительство шло быстро, а денег не хватало, его так и не успели поставить. Но все-таки ангел был заказан в мастерских Троице-Сергиевой Лавры. Одним из авторов архитектурного проекта был художник Игорь Попов, и мне захотелось, чтобы он стал сценографом нашего спектакля, а скульптура ангела появилась если не над "Глобусом", то хотя бы внутри "Глобуса".

- Режиссер Владимир Панков, ставя цветаевского "Молодца", увидел в этой вещи повод для "саундрамы", то есть для постановки, где все определяется звуком. Вы пошли по тому же пути?

- Звук очень важен. Но для меня важнее всего не сам звук, а тишина, устанавливающаяся в зале. Тишина, которая прорезается каким-либо звуком. Звуком колокола. А может быть, звуком лютни. Или звуком стиха. Я все время говорил актерам, что можно понять суть происходящего, только если цветаевская поэтика будет собираться в тишине.