Это не испугало Игоря Яцко, который для своего второго спектакля в театре «Школа драматического искусства», находясь уже в должности главного режиссёра, выбирает для постановки Цветаевского «Каменного ангела». В этом стремительном, с тонкими художественными деталями, произведении, основывающемся на неоклассической эстетике 18-го века, рассказывается история молодой женщины, чья неземная любовь проверяется жизнью. На самом деле, в пьесе очень мало событий, и большинство поворотных моментов происходит только на словах.

Яцко воспользовался статической природой Цветаевского текста, создав великолепную визуальную работу, целую серию почти живописных изображений, несущую в себе художественную и скульптурную ценность. Игорь Попов, который создал простую, но прекрасную декорацию скалистого водоёма и Вадим Андреев, создавший роскошные, с большим количеством деталей, костюмы, заложили основу высокого визуального качества спектакля. Но именно Яцко собрал всё воедино, используя актёров, как яркий художественный элемент в создании целостной живописной композиции.

Он также добился полного использования уникального вертикального пространства зала Глобус – спуская с высоты великолепно вырезанную статую каменного ангела и опустив сценический пол на два метра вниз, тем самым, вынуждая зрителей наклоняться через оградительные перила и сверху наблюдать за происходящим. Дело в том, что полностью актёры видны, только если наклониться через перила, несмотря на присутствующий скалистый водоём с работающим фонтаном, с плавающими в нём яркими лепестками красных роз и окутанный белыми клубами дыма, который производит впечатление искусно выполненного художественного коллажа.

Аврора (В двух составах: Ольга Бондарева и Мария Викторова) молодая женщина, которая привлекает внимание, а возможно даже ревность и насмешку других, объясняясь в любви каменному ангелу, стоящему на городской площади. Это вызов, который Венера (Людмила Дребнёва) не может игнорировать. Она клянётся превратить неземное обожание к неодушевлённому ангелу в земное чувство к известному ловкачу и обманщику Амуру (Георгий Фетисов). Само собой разумеется, что эксперимент имел успех и, само собой разумеется, что Аврора призвана искупить свою моментную слабость и восстановить связь со своей истинной верой.

Цветаева не представляет ни одно из этих событий как неожиданное или сложное. Они данность, вокруг которой автор сплетает содержательное и энергичное поэтическое полотно. Яцко тоже представляет каждое из событий, происходящее с героями, как отдельные самодостаточные сцены, представляющие отдельные понятия, такие как верность, соблазн или раскаяние. Его актёры произносят текст в ритуализированной, возвышенной манере, полностью пресекая любые попытки изобразить реальных людей в реальных обстоятельствах.

Ребёнок Авроры, например, проигнорирован как автором, так и режиссёром. У Цветаевой одна из героинь – не кто иной, как сама Мария, мать Иисуса, произносит, безразлично пожимая плечами "…их много в саду…". При этом, корзинка для младенца, которую держит в руках Аврора, - явно пуста. Это ни коим образом не сказка на тему общественной морали.

Использование Яцко музыки 16-го и 17-го столетий, собранной и представленной Петром Айду, целенаправленно переводит этот спектакль в другую плоскость. Мало того, что время от времени спектакль приостанавливается, чтобы дать возможность Айду сыграть, но даже финальные поклоны прерываются для маленького концертного представления на лютне.

"Каменный ангел" это не тот спектакль, который вызывает сильную эмоциональную реакцию, и не претендует на это. Взамен, нам предлагается попытка создать театр поэзии, спектакль слов и образов, обращённых к нашему эстетическому чувству и интеллекту.