В зале-копии шекспировского «Глобуса» действие идет на нескольких ярусах: арена опускается ниже партера, актёры ходят по галереям нескольких уровней и взлетают под стеклянный купол небес. Пять часов представления длятся мгновение, священнодействие оживляет волынка и барабаны, танец и слово, падающее камнем и взмывающее птицей. Когда-то великий Гейне писал о великом Кине, что смотреть его игру – то же, что читать Шекспира при блеске молнии. Смотреть «Кориолана» на Сретенке – то же, что читать нестареющую пьесу при блеске молнии, и нет в Москве другого театра, где так звучит слово, где так живёт текст.

Пьеса на все времена одета в костюмы нескольких эпох: туники, котурны, шинель. Действие разворачивается в конце пятого века до нашей эры. Кай Марций назван Кориоланом за взятие Кориол. Воин возвращается в Рим в дубовом венке победителя и собирается стать консулом, но для этого ему надо, забыв гордость, перед народом раны обнажить. И он выходит к народу и просит милости, и получает вожделенные голоса. Но коварные трибуны подстрекают толпу на восстание, и тогда держащие сторону Кориолана патриции вынуждены отправить воина в изгнание (в античные времена изгнание было хуже смерти). И Кориолан уходит из Рима в Анциум, приходит в дом заклятого врага Авфидия и возглавляет его войско против Рима. Кориолан берёт без боя город за городом, римляне высылают к нему посольство за посольством, и только родной матери удаётся отговорить сына мстить Риму. По возвращению в Анциум Кориолан падёт от рук заговорщиков, однако вопреки всему изгнанник и защитник Рима будет погребён с подобающими великому воину почестями.

                   Оплачем Марция. Еще ни разу
                   Глашатаи не провожали к урне
                   Cтоль благородный труп.
                   (Пер. Осии Сороки)

Первый бой Кориолана. На арену первого яруса (уровень партера) выезжает античный храм (одновременно модель театра-коробки), на белые шторки которого проецируется видео: на контурных картах бумажной войны проявляются красные стрелочки, в середине раскрывается красный цветок пожарища. Другой видеоряд показывает, как в природе хищники пожирают своих жертв. Так и Кориолан пожрал всех врагов, и ни разу не затупился меч его. Один он входит в Кориолы, и закрываются за ним ворота, и никто ему не страшен, он побеждает в одиночку целый город вольсков. Мать, сестра и жена Кориолана – ожившие изваяния полумуз-полубогинь – по очереди передают друг другу ножницы-клинок, скипетр-рапиру и сферу-шлем. Каждый предмет многофункционален. Каждый артист играет нескольких персонажей. Подобно бьющемуся сердцу горит и гаснет сердцевина сферы, которую, уходя из родного города, матери отдаст Кориолан. Сына Кориолана олицетворяет белый шарик-яйцо. Когда же трибуны «разжигают» народ, то разжигают в самом, что ни на есть, прямом смысле. Один трибун надевает белый костюм медбрата, другой - зелёный хирурга, они берут кочерги и переворачивают, и разворачивают, и сжимают одетых в обтягивающие разноцветные, от оранжевого до зелёного, костюмы представителей народа. И народ разгорается и восстает против своего защитника.

Изгнанный из Рима Кориолан надевает шинель, Авфидий встречает врага в современном костюме, слуги Авфидия одеты как официанты нынешнего века: пьеса о власти, предательстве и мести актуальна на все времена. Живая музыка и пластика актёров погружают в атмосферу без времени. Проходит жизнь великого воина, неважно - где и когда. Рим – только белый макет Капитолия и Колизея, он может сгореть от одной лишь спички. Но Рим не падет от руки Кориолана, а спасительница, мать воина Волумния, вернётся в город на осле, как по прошествии веков Христос в Иерусалим, с миром, с веткой оливы в руке. Эпохи, времена и стили театру не указ. Все происходит везде и всегда. Всё - обо всём, для всех, единожды и навсегда, - это не спектакль, это священнодействие. На пять часов зритель забывает о земном времени, чтобы жить временем театральным, где ему как гостю застолья Авфидия предложат красного вина и расскажут всю правду о войне и предательстве, жизни и смерти, величии и немочи бессмертных и ничтожных.

Аплодисменты Игорю Яцко – замечательному актёру и режиссёру, верному ученику Анатолия Васильева. Аплодисменты сценографу Вере Мартыновой, художнику по костюмам Вадиму Андрееву, хореографу Ире Гонто и актёрам Илье Козину, Марату Касимову, Александру Лаптию, Сергею Ганину, Евгению Полякову, Георгию Фетисову, Игорю Лесову, Марии Зайковой, Елене Михальчук, Наталье Кудряшовой, Ольге Баландиной, Марии Чирковой, Гузели Ширяевой, Ольге Бондарёвой, Евгении Илларионовой, Анне Литкенс, Марии Викторовой, Екатерине Аликиной, Марине Байтеновой и Марине Тенорио.

Итак, лучшее в октябре - 14, 19, 21, 24, 31 - в 18.00 на сцене театра "Школа драматического искусства", по адресу Сретенка, 19/27: последняя российская лаборатория Анатолия Васильева, "КОРИОЛАН", Шекспир в переводе Осии Сороки.